РедакторВ Херсоне, как по всей Украине, общество продолжает активно обсуждать «поправки Лозового» к Уголовно-процессуальному кодексу – в частности, новые правила похорон
Напомним, законодательная новация нардепа-«радикала» в первую очередь касается уменьшения сроков досудебного расследования: до 3 месяцев для преступлений средней тяжести и до полугода – для тяжких или особо тяжких преступлений. И знающие люди в связи с этим говорят больше о «преступлениях против Майдана», чем об «аспекте покойников»: ведь все производства по расследованиям в рамках преступлений против Майдана после вступления закона в действие надо будет закрыть – согласно новым срокам. Если дело зарегистрировано по факту совершения преступления, но нет подозреваемого и его не смогут расследовать в течение года – следствие теперь прекращается.
«Поправка Лозового» также передает функцию назначать экспертизы и продлевать сроки досудебного расследования судьям (до сих пор делать это могла сторона уголовного производства, то есть следователи). Из-за этого и разгорелся «похоронный» сыр-бор: только эксперт выдает врачебное свидетельство о смерти, если она наступила вследствие травмы, отравления, поражения током, воздействия других внешних факторов, внезапной смерти детей в возрасте до 1 года и если личность умершего не установлена. На самом деле все сведения о смерти лиц вносятся в Единый реестр, что означает обязательное начало уголовного производства – и, соответственно, необходимость экспертизы. Затем производства закрываются, если смерть произошла от болезни или старости, но о том, что для «некриминальных» смертей процедура вообще не меняется, говорить рискованно.
А с 15 марта назначать экспертизы (любые, в том числе и касающиеся трупов) имеет право суд, а не следователь, как раньше. Таким образом изменился субъект экспертизы: вместо следователей «добро» на препарирование трупа дает суд, это якобы устраняет представителей МВД от возможности влиять на ход расследования. Но если ранее экспертизы можно было избежать, «договорившись» со следователями, то где гарантии, что теперь не придется «договариваться» с судьями? Просто теперь, опасаются специалисты, судье понадобится дополнительное время, чтобы рассмотреть ходатайство следователя о проведении экспертизы, а следователю – дополнительное время, чтобы такое ходатайство составить и занести в суд. Где всё это время должно находиться тело покойного, ответа
в «поправках» не дают.
В соцсети уже появляются описания первых скандалов, связанных с усложненной процедурой захоронения. Так, жительница Запорожья рассказала о «кругах ада», которые ей пришлось пройти в связи со смертью отца – через суд, полицию, прокуратуру… Впрочем, поспешили успокоить читателей «Гривны» сотрудники следственного управления ГУ Нацполиции Херсонской области, никаких новаций по этому поводу в регионе пока нет. Так, с места происшествия (то есть смерти) тело отправляют по-прежнему сразу в морг, а следователи тем временем идут в суд за направлением на экспертизу. То есть хотя процесс немного и усложнился за счёт включения в процедуру судебной стороны, повода для паники нет, заверили нас херсонские полицейские. Если это не так – обязательно напишите или звоните в нашу редакцию, уважаемые читатели.
Другое дело, говорят следователи, что в случае с тем же изнасилованием или бандитским нападением от скорости проведения экспертизы во многом зависит разоблачение преступника, а затягивание процедуры ее получения уменьшает шансы его ареста. А ведь некоторые экспертизы длятся по несколько месяцев, и дело придётся закрывать по срокам, даже не дождавшись окончания экспертиз?!
У адвокатов же в большинстве преобладает противоположная трактовка ситуации. Некоторые правозащитники намерены в ближайшее время активно начать использовать «поправки Лозового» в части обжалования подозрений. Прокуроры и следователи боятся, что выписанные ими подозрения будут «разбиваться» судами, если в процедуре оглашения подозрения окажутся хоть малейшие нарушения. Таким образом и убийцу можно будет оправдать чисто по «техническим причинам». Или, скажем, фигурантов знаковых и так называемых политических дел, которые при непротивлении властей могут быть закрыты, «если кому-то сверху очень надо».
Называется и еще одна причина баталий вокруг измененного процессуального закона. Дело в том, что вступивший в силу Кодекс содержит нормы, когда следователи при получении санкции на обыск должны конкретно указывать предметы, которые хотят найти по отношению к уголовным делам. Это значит, что «неучтенная» улика не будет считаться таковой?
Словом, хотя обсуждение документа было снято Верховной Радой с повестки дня на неопределенный срок, бурные обсуждения его продолжаются. Тем временем коллапса в судах не наблюдается: судя по отзывам «исследователей» ситуации по всей стране, нет ожидаемого резкого увеличения заявок от следователей на проведение различных экспертиз. Впрочем, говорят скептики, полицейские просто по возможности «затаились» и ждут отмены «поправок Лозового» в ближайшее время хотя бы по особо спорным моментам. Что будет дальше, пока не знают ни те, кто почувствует действие новаций на собственной шкуре, ни их авторы…
Марина Поліщук
