Марина ПоліщукМного лет с Артуром Херувимовым мы жили в соседних домах. Помимо того, что он знал, что я – журналист, а я знал, что он – предприниматель с каким-то небольшим бизнесом, нас объединял общий для наших пятиэтажек мусорный бак.
В том смысле, что если мы и «пересекались» в городе – то только по утрам возле бака с мусором в руках. «Здрасте-здрасте» – и на этом всё. Потом эти встречи прекратились, со временем я узнал, что Артур Херувимов – в Киеве, в «Укроборонпроме». Его фамилия стала встречаться в Интернете, чаще всего в негативном аспекте, с упоминанием его «преступной деятельности в антиукраинских махинациях мафиозного херсонского клана в оборонной промышленности».
И вот на минувшей неделе – наша случайная встреча в Херсоне. Традиционное «здрасте-здрасте», и тут спонтанно я решаю проверить Херувимова «на слабО». Мол, а что, слабО пообщаться, рассказать о работе в «Укроборонпроме», поделиться страшной военной тайной – или будешь молчать, как Мальчиш-Кибальчиш? «Легко!» – услышал я в ответ.
Итак, гость редакции газеты «Гривна» – Артур Владимирович Херувимов, теперь уже экс-заместитель генерального директора «Укроборонпрома» (2014–2018).
Встретил я его словами: «Какие люди – и без охраны!». Признаюсь, как рядовой обыватель предполагал, что человеку, СТОЛЬКО знающему о военной промышленности воюющей страны, полагается в напарники какой-нибудь качок со стволом под мышкой. Гость с улыбкой пояснил, что по роду деятельности действительно был приобщен к гостайне, пусть не высшего уровня, давал соответствующие подписки о неразглашении, но при этом «бодигард» к нему никогда не был приставлен.
«Хотя, знаете, в первый год моей работы в “Укроборонпроме” мне реально было чего опасаться», – добавил Херувимов.
«Артур, и кто же эти Мальчиши-Плохиши, желавшие выведать у вас оборонные секреты: ФСБ, ЦРУ, Моссад, МІ-6, Штази, Сигуранца?»
«Нет, секреты никто не выведывал, но вот огромнейшее сопротивление нашим попыткам реанимировать “оборонку” Украины оказывали наши же соотечественники – что самое прискорбное». И с учетом того, от какого размера «бюджетного корыта» их оттолкнула команда херсонца Романова, ждать можно было бы от них чего угодно.
– Что ж, как говорится, с этого момента – подробнее. Только сначала мне не терпится узнать, что вы ощущали внутри, когда услышали предложение гендиректора концерна «Укроборонпром» – Романа Романова – стать членом его команды? Просто я вспоминаю себя в подобной ситуации, когда после 20 лет работы в системе Минсвязи учредитель газеты «Гривна» предложил мне уйти с должности замдиректора предприятия и заняться журналистикой. Он был уверен, что всё у меня получится, а я, помнится, психовал изрядно. Но выбор я тогда сделал в пользу журналистики – и счастлив…
– Начнём с того, что наш с вами земляк Роман Романов (мы с ним в Херсоне контактировали как два бизнесмена) никуда меня не приглашал и ничего мне не предлагал. Приблизительно через месяц после того, как его назначили гендиректором концерна, я сам ему позвонил и сказал, что уверен, что смогу быть полезным в реализации планов по возрождению «оборонки». Сейчас, 4 года спустя, я, как и вы, счастлив: у меня получилось, я не сплоховал, не подвёл, я вырос – в том числе и в собственных глазах, потому что сумел преодолеть множество ТАКИХ вызовов…
Представьте ситуацию: когда мы в 2014-м пришли в концерн, загрузка заводов достигала как максимум 20%, при этом ничего нового не производилось. Основной упор делался на модернизацию военной техники, оставшейся после развала СССР, а главное – на восстановление техники со складов Минобороны для её дальнейшей продажи на экспорт. После создания Януковичем в 2010 году «Укроборонпрома» 6 гендиректоров до Романова занимались именно этим. Спецэкспортеры за копейки покупали военную технику (а то и просто получали списанную), и затем её продажа давала огромный «навар». Придя к управлению концерном, команда Романова немедленно наложила табу на эти «гешефты». Как вы думаете, это привело в восторг фантастически обогащавшихся участников этой схемы? Нет, конечно, и тут же начались козни, сопровождавшиеся, как положено, грязными «заказухами» в «средствах массовой дезинформации». И лилась эта грязь не 1 и не 2 года. Концерн был инструментом для добывания денег, а не для обороны Украины! Он до нас не принимал участия в формировании госзаказа. Да и был ли смысл, если многих вполне устраивало, что 50% (вдумайтесь!) комплектующих по всем (!) направлениям поступало из России. Кто-то и на этом грел руки. Поскольку с Россией мы оказались в окопах по разные стороны фронта, концерн «поднял на уши» каждый регион Украины. В каждом мы побывали, губернаторы организовывали контакты с производственниками, которым мы озвучивали огромные списки: нам нужно то-то и то-то. Привлекли к сотрудничеству всех, кто хоть близко стоял к нашим нуждам.
– А как в этом смысле наша Херсонщина?
– Ну, к примеру, Бериславский машзавод, специализировавшийся на поршневых группах к локомотивам, взялся производить их для бронетехники, Херсонский комбайностроительный начал производство опорных плит для минометов.
– Часом, не для печально известных «Молотов», унесших почти полтора десятка жизней?
– Трагедию с этими минометами заинтересованные лица тоже немедля использовали для очернения «херсонского клана» в «Укроборонпроме». Мол, виноват завод-производитель, а руководство концерна пытается всё на тормозах спустить, снивелировать. Неправда, у нас «мы своих не сдаём» никогда не работало! Ну какой, скажите на милость, смысл Романову себе на беду прикрывать на одном из 142 (!) заводов бракодела-технолога или конструктора?! Да за годы своей работы он лично подписал более 200 заявлений в различные силовые структуры. Внутренняя служба безопасности концерна хлеб даром не ела, а в тех ситуациях, где следовало подключить официальных «силовиков», Романов ни на секунду не задумывался о том, чтобы «не выносить сор из избы».
Знаете, как в народе говорят: «Дурак видит выгоду, умный – последствия». Так вот, когда мы начали трудиться в концерне, «выгоды» вокруг было – море разливанное. Я ведь, понятно, не из детсада в госконцерн попал. Был в бизнесе, знаю, что такое, когда с тебя требуют 10–15% так называемого отката. Но здесь же скромной считалась цифра в 30%, а доходило дело и до 50%. Стало понятно, что в ручном режиме контролировать в этом плане 142 предприятия с 80 тысячами сотрудников невозможно. За несколько лет были уволены 50 директоров предприятий, многие из которых десятилетиями (!) сидели в своих кабинетах и на своих «схемах». И тогда мы первыми среди госпредприятий Украины внедрили электронную площадку для торгов. Прецедент был 6 октября 2014 года на столичном бронетанковом заводе. Шок: снижение цен доходило до 80%. Только представьте себе, насколько мы перекрыли кислород «старой гвардии» и какие начались на нас информационные нападки. Мы, кстати, без труда подсчитали, что 95% информационных поводов для обливания грязью «херсонского клана» дали мы сами. То есть мы обнаруживаем «нечистоплотную» личность, изгоняем её – и тут же вопли: вот, ворье в «Укроборонпроме»!
– Кстати, о клане. У кельтов так именовали группу родственников, объединенных хозяйственными узами. Пусть не родственников, но земляков Роман Романов немало пригласил в концерн. И по поводу многих из них в Сети есть, похоже, реальный криминал. Интернет – не повод для того, чтобы я в газете озвучил фамилии подозреваемых, а официальные реалии в Украине, как всегда, во мраке, они скрыты попугайски повторяемой фразой «идет следствие». Из последних – обвинение некоего Ш-ко, чиновника нашей ОГА в эпоху Януковича. Попав в «Укроборонпром» к Романову, он якобы хитрил-мудрил с пушечными стволами, подсовывая армии реставрированные советской эпохи в виде новых. В этом грустном и одновременно гнусном списке – немало фамилий некогда «знаковых» херсонских деятелей, встречавшихся и на страницах нашей газеты. Так что это за кадровая политика и что это за клан?
– Приведу аналогию. У вас если бы возникла необходимость уехать в другой город, чтобы там начать издавать новую газету, причем высококачественную, уровня вашей «Гривны», – вы бы не задумались о том, что стартовать легче с теми людьми, кого вы знаете по Херсону? С вашим дизайнером, компьютерщиком, верстальщиком, корректором. Так же рассуждал и Романов. Другое дело, что не все наши земляки оказались устойчивыми перед огромными соблазнами, но в душу человеку ведь не заглянешь.
Но важно другое – «мы своих не сдаём» у нас не работало: всех членов «клана» «ушли» с подачи Романова, который предпочел признать кадровые ошибки укрывательству и соучастию. Вы упоминали Ш-ко с подменой стволов? Так Романов только по нему отправил «куда следует» три письма – причём задолго до того, как эту тему начали мусолить в Интернете. Знаете, была как-то ситуация, когда Егор Соболев из парламентского антикоррупционного комитета потребовал от Романова отчёта перед комитетом: мол, что у вас творится?! «Любой вопрос!» – ответил генеральный – и пришёл на заседание комитета со всеми профильными замами. Посыпались упрёки: а вот – это что, не коррупция, а вот, а вот? Зам по безопасности из папочки бумаги достаёт: вот обращение к правоохранителям, вот дата, вот ещё одно, вот ещё – и всё по первому же подозрению. Соболев – в шоке: а как, а что же молчат люди в погонах?! Так у них и спрашивайте, уважаемый!
Давайте вспомним Высоцкого (Жеглова), который сказал, кажется, так: «Порядок определяется не наличием воров, а умением их обезвреживать».
– Херсон по-прежнему в какой-то мере город корабелов. А как «Укроборонпром» смотрит на наши кораблестроительные возможности для ВМФ Украины?
– Важно, как на это смотрит не «Укроборонпром», а Минобороны. Именно военные определяют приоритеты: что сейчас нужно для Украины. Первые годы моей работы в концерне во главе угла госзаказа стояли танки, БТР, системы противотанковой обороны, сухопутных действий. Угроза с суши для нашей страны намного более остра, чем угроза с моря, поэтому, протягивая ножки по одёжке, наше Минобороны пока ограничивается заказами так называемого «москитного» флота. Если со временем доктрина поменяется, может, и херсонскому судостроительному работа найдётся.
– Ну ладно, приоритет опасности с суши. А что по этому поводу скажете насчет великолепных украинских танков «Оплот»: зачем же их продавать азиатам, если себе понадобиться могут?
– Давайте вот так, образно: обращается Минобороны в «Укроборонпром» и говорит, что в этом году есть бюджетный миллиард и вот вам от нас заказ. Нам нужно (а точнее – нам «по карману») 5 новых танков «Оплот», 10 броневиков, 10 гаубиц, 10 бронекатеров. То есть военные – и только военные! – решают, что и сколько им нужно. Мы налаживаем процесс производства и видим, что за год мы легко можем произвести не 5 заказанных Минобороны «Оплотов», а, к примеру, 15. Так что, сделать 5 «Оплотов» для наших и остановить производство?! Или обеспечить в первую очередь госзаказ, а во вторую – выпустить высококлассный и востребованный товар и обеспечить стране, госбюджету прибыль? Кстати, за три года Минобороны перечислило «Укроборонпрому» за выполненные заказы приблизительно 11,7 миллиарда гривен, а концерн в виде различных налогов вернул в бюджет 12,4 миллиарда.
И ещё по «Оплотам»: изготовление одного такого действительно великолепного танка стоит столько же, сколько серьезная модернизация доброго десятка Т-80. И если армия в пределах своего финансирования хочет иметь больше модернизированных Т-80 и меньше «Оплотов» – ей видней.
Так что вопли типа «они армию разворовывают, оружие за бугор распродают» – это провокативные фейки. «Херсонский клан» разрушил систему «толкания за бугор» военной техники по методам эпохи Януковича и наладил систему цивилизованной торговли тем, что не востребовано ВСУ. Кстати, в 2014-м, когда начались боевые действия, ни одна единица украинской брони не ушла за границу, даже по контрактам. С 2011 года Таиланд ждал наших 49 «Оплотов» – на $ 200 миллионов! Но заказчик с пониманием отнесся к ситуации в Украине и воздержался от переориентирования на китайский танк VT-4. И весной прошлого года Украина, а точнее, «Укроборонпром» отправил в Таиланд последнюю партию «Оплотов», спас репутацию страны.
– А что по поводу очередной вашей «зрады»: интернет-патриоты шумели насчёт того, что на новый Ан-132Д вы не поставили отечественные (запорожские) двигатели…
– Заказчик – саудиты – захотели «Пратт и Уитни» – и мы поставили эти канадские авиамоторы. Главное здесь не болтовня, а то, что этот Ан стал для украинских производителей великолепной школой – и технической, и экономической. Это первый наш самолет, собранный без единого российского болтика! Мы научились в наш фюзеляж интегрировать всё, что угодно, от любого производителя в мире. Как говорится – любой каприз заказчика. И будет глубоко неправ тот, кто скажет, что такая «сборная солянка» всего лучшего из мирового авиастроения сделала Ан-132Д на вес золота. Точные расчёты показали, что он обошелся дешевле, чем если бы мы базировались только на комплектующих из России. «Старший брат», будучи поставщиком-монополистом, нещадно нас грабил. Мол, не купите у нас – не купите нигде. А сейчас: бери – не хочу! Мы имеем дело с цивилизованными странами, где прозрачное ценообразование, где покупателей не «прижимают к борту», а уважают, не хотят потерять.
– Что ж, всё это, безусловно, звучит впечатляюще, но вот конечный результат: «белый и пушистый» Роман Романов уволен с должности гендиректора концерна…
– Уточню: не уволен, а уволился. И насколько я знаю, Президент долго не подписывал его заявление. Романов пришел на этот пост вовсе не бедным, а самодостаточным человеком, состоявшемся бизнесменом. Даже если опустить элемент патриотизма в его решении занять этот пост, то можно говорить о чисто мужской позиции – проверить себя, свой потенциал, свое умение. Проверил, остался доволен тем, что сумел пройти через то, что прошёл, и, поскольку не планировал посвятить этому делу всю жизнь, вспомнил, наверное, Цицерона: «Я сделал всё, что мог. Пусть те, кто смогут, сделают лучше».
Всё вышесказанное я отношу и к себе, к своей мотивации и работы на должности заместителя гендиректора «Укроборонпрома», и увольнения с этого поста. Думаю, это тоже проявление патриотизма – уйти вовремя, чтобы уступить место кому-то, возможно, более свежему, креативному, расчистив ему для этого «авгиевы конюшни».
– Что ж, спасибо за беседу. Насколько я знаю, и вы, и Роман Романов сейчас работаете в серьезных бизнес-структурах. Успехов!
Дарина Лапіна
